11 ноября на сцене Чайковского театра драмы и комедии явила себя во всей красе русская комедия режиссёра Алексея Орлова «Сказ о Фроле Скобееве». После «кружального лубка» «Это не мы такие весёлые, это жизнь такая смешная» по  Аркадию Аверченко в текущем театральном сезоне он стал вторым премьерным спектаклем, поставленным в рамках пилотного проекта «Театры малых городов» партии «Единая Россия».

Основой спектакля послужила пьеса Дмитрия Васильевича Аверкиева «Комедия о Российском дворянине Фроле Скобееве и стольничей, Нардын-Нащокина дочери Аннушке». В современном театральном мире эта пьеса считается непопулярной. Потому что она, якобы, пикареска, то есть, написана русским драматургом под влиянием раннего европейского романа. Содержание пикарески – приключения picaro, с испанского на русский – плута, жулика, авантюриста, как правило, – выходца из низов или обедневшего дворянина.

Комедия Аверкиева, на первый взгляд, роднится с этим жанром.  Молодой, но бедный дворянин Фрол Ско­бе­ев ре­ша­ет ус­т­ро­ить свою жизнь ста­рым, как мир спо­со­бом – же­нить­ся на бо­га­той не­ве­с­те. На при­ме­те – столь­ни­чья дочь Аннушка. За семь рублей Фрол подкупает Аксинью Пахомовну, мамку предполагаемой невесты. И на Святки он, переодетый в древнюю старуху-ворожею, проникает в светлицу Аннушки под предлогом любовного гадания. Напомним, в то время появление неженатого молодца в доме, где живёт девица на выданье, считалось великим позором.

 – Это чисто русская история, – дополнил после премьеры «Сказа о Фроле Скобееве» режиссёр-постановщик Алексей Орлов.Она рассказывает о том, как отчаянный русский человек, очертя голову, кидается в любые опасные предприятия, чтобы оказаться победителем. И о том, как брак по рас­чё­ту, чисто по нашей старинной традиции «закладки» семьи «стерпится – слюбится» пре­вра­щается в со­юз по люб­ви. Столь­ни­ки, бо­я­ре и дво­ря­не, их вза­и­мо­от­но­ше­ния – комедия, надеюсь, отражает в себе атмосферу оригинального русского, допетровского быта XVII века. А заложенные Аверкиевым в пьесу переодевания и перевоплощения – суть театра – привносят в спектакль привлекательную для зрителя яркость.

Восхитительна весёлая пьянящая круговерть хореографии Любови Насоновой. Её главный стержень – орнаментальные и игровые русские хороводы. Они в «Сказе» не просто танцы, а образ жизни, своеобразный ритуал поклонения Солнцу, как главному божеству, ритуал прославления источника тепла, света и… любви. Ведь по древнеславянской традиции танцорам, молодым парням и девушкам в хороводе предоставлялась отличная возможность приглядеть себе подходящую пару. «Вожжи» и «плетень», «круг», «стенка на стенку» и «коромысла» – эти сакральные фигуры русского хоровода превращают «Сказ» в непрерывное и захватывающее движение. События в этой круговерти сменяют друг друга динамично, ярко и колоритно. А сам процесс подобен ярмарке сочных характеров.

Фрола Скобеева актёр Артём Палкин рисует широкими, лёгкими мазками, создавая для нас один из прекрасных русских жизнеутверждающих типов. Обладая ярким и отчаянным характером, его герой предстаёт перед нами «игроком», лихим предприимчивым авантюристом, превратившим свою жизнь в цепь рискованных затей. «Жертву» и возлюбленную Фрола, красу, ненаглядную Аннушку актриса Александра Баталова являет внешне целомудренной девушкой. Но далеко не тургеневского типа: «…Он взглянул на неё, она стыдливо прикрылась платочком»! Заслуженные артисты России Василий Костоусов и Инесса Муран заняты в ролях чванливого и спесивого знатного стольника Нар­дын-На­що­ки­на, отца Аннушки, и её мамки, продажной сводницы Аксиньи Пахомовны. Актриса Анастасия Гонина - прыткая «озорушка» Варюша, отражающая, словно в зеркале тихого омута, проказы старшего братца, а Иван Костоусов - стольничий сын Савва Лычиков, юноша с твёрдыми морально-этическими нормами в духе «Домостроя»… Без малого вся артистическая труппа театра исполняет в «Сказе» двадцать четыре действующих лица, очень гармонично вписываясь в со­здан­ную уси­ли­я­ми ху­дож­ни­ка-по­ста­нов­щика­ Людмилы Синицыной ат­мо­сфе­ру второй половины XVII ве­ка.

В художественном оформлении «Сказа» есть ключевой материально-вещественный атрибут. Это сундук, по В. И. Далю – «коренная русская утварь». Но было бы слишком упрощённо мыслить его лишь хранителем семейного быта, символом достатка или богатого приданого невесты. В эпосе древних славян ведических времён закрытый сундук, короб или ларь – это ещё и тайна, загадочная, одновременно пугающая и манящая. А их по эскизам Людмилы Синицыной одиннадцать, прилежно изготовленных столяром-макетчиком Михаилом Левичевым и расписанных художником-декоратором Лилией Бережненко!

 «Трагедия» русского народа» «Село Степанчиково» по Достоевскому, бессмертная фонвизинская комедия «Недоросль», сказка «Иван-царевич и Серый волк» Артёма Палкина… Теперь в эту дружину вливается и «Сказ о Фроле Скобееве», по замыслу Алексея Орлова, «призванный стать визитной карточкой театра». Эти знаковые спектакли главного режиссёра постепенно возводят чайковский храм Мельпомены в статус историко-этнографического театра с чистотой русской идеей национальной и культурной исключительности.