Газета «Огни Камы» №279

от 6 декабря 2016 г. С. 3.

Такого радушия мы с Александром Викторовичем Ляйсом не ожидали! Сергей Самуллович Мурадов заехал за нами в театр сам. Он, директор средней школы №8 и заместитель председателя Думы Чайковского городского поселения. В придачу, в день нашего мероприятия 29 ноября в школе проходил муниципальный этап Всероссийской олимпиады школьников по географии. Это не могло не растрогать. Понимали, и без нас у Сергея Самулловича забот было выше крыши! Тем не менее, в аудиторию, где Александр Ляйс проводил с одиннадцатиклассниками творческую встречу, он несколько раз заходил послушать.

Перед молодёжью чайковский поэт практически исповедовался и тем самым взял аудиторию в полон. Александр Викторович откровенно признался, что из двух тысяч написанных им стихотворений считает достойными лишь десять, включённых им в «Золотую десятку». В их числе – «Икона Божьей Матери», «Каппелевцы», «Два друга», «Одинокое кафе» и другие. Рассказ об истории создания «Дяди Сёмы» и «Русских жён», а также сами стихи запали в души слушателей глубже всего.

   

Лирический герой стихотворения «Дядя Сёма» стоит у ржавого гаража. И в памяти всплывает из далёкого детства его старший друг и учитель. Мастер золотые руки и авторитет у местной детворы, он в своём гараже-мастерской щедро делился с пацанами премудростями своего дела: «Руки в масле, носы в солидоле, // Мы работаем в поте лица». Но друг давно уже ушёл из жизни. И щемящей тоской звучат строки-воспоминания:    

Старый двор. Всё до боли знакомо,

Будто вижу из детства мираж.

И всё жду… вот придёт дядя Сёма

И откроет для нас свой гараж.

Дядя Сёма – персонаж реальный. Дело было в Соликамске, на родине Александра Викторовича. А стихотворение «Русские жёны» – это опоэтизированная быль времён татаро-монгольского нашествия на Древнюю Русь.    

Однажды я прочитал балладу Генриха Гейне «Вейнсбергские жёны» в переводе Льва Аранзона, – поведал поэт историю создания ещё одного стихотворения из «Золотой десятки». – В основу баллады легло событие 1140 года, описанное в «Кёльнской королевской хронике» того времени. Император Конрад III осадил родовой замок герцога Вельфа Баварского, называемый Винесберг (в других источниках – Вейнсберг, Вайнсберг). Почти вся армия герцога была разбита. Что делали тогдашние полководцы после сдачи города? Отдавали его на разграбление, а его защитников – на поругание солдат…

Юноши и девушки слушали эту легенду, затаив дыхание.

 – Напоследок Конрад III решил позабавиться, – продолжал Александр Викторович. – Он объявил, что все мужчины – защитники крепости будут казнены. А жёны и дети могут её покинуть, взяв с собой столько добра, сколько они унесут на своих плечах. И каково же было изумление «насмешника», когда он увидел, как из раскрывшихся ворот показалась длинная вереница согбённых женщин, нёсших на своих плечах своих мужей. Растроганный верностью жён император пощадил их.

 – Вот и подумалось: в русской истории, полной драматизма, наверняка есть событие, покруче вейнсбергского. Остановился на легенде о Бабьей горе. «Русские жёны» писал на одном дыхании…

Свою балладу Александр Ляйс читал проникновенно, несколько сурово, подбирая тембру своего голоса багрово-свинцовые тона. И в воображении возникали картины одна ярче другой… Небольшой русский город обложили татаро-монгольские полчища. В неравной кровавой битве уже полегла вся княжеская дружина – и стар, и мал. Ждёт хан, ждёт, когда посланники падут к его ногам, оближут его сапоги и запросят пощады. Но увидел он новую рать – русских женщин:

И стоят не с хлебом-солью,

Не приветны, не добры,

Нет, в руках их были колья,

Вилы, косы, топоры.

И на всех устах – молитва…

Бой был отчаянный. На поле брани смертью храбрых пали все защитницы чести земли Русской –

Жёны, матери, невесты

Спят давно в земле сырой.

И с тех пор святое место

Бабьей названо горой.

«Преданья старины глубокой» – борьбу Киевской Руси с татаро-монголами за независимость, национальную самобытность Александр Ляйс не мог не связать с  гибелью «Солнца русской поэзии» – Александра Сергеевича Пушкина. Через шесть веков центр международного антироссийского заговора переместился с востока – во времена Киевской Руси – на запад – при Российской Империи. А мишень – Пушкин, главная опора русской национальной жизни. Для поднятия эмоционального тонуса слушателей Ляйс-чтец окунул их в широкий спектр поэзии: от стихотворного памфлета Леонида Филатова «К Дантесу» до собственной поэтической аллегории «Пир чумы».   

Считается, что нынешняя молодёжь замкнута и неискренна. Это неверно. Если взрослый человек первым раскроет своё сердце, то молодые люди обязательно к нему потянутся! Исповедальность подачи Александром Ляйсом «золотой десятки» вызвала слушателей на откровенность.

– Как актёр, в каких спектаклях Чайковского театра драмы и комедии Вы заняты? – первым «поджёг фитиль» Сергей Самуллович Мурадов.

– А какой последний спектакль вы посмотрели? – Александр Викторович переадресовал вопрос ребятам.

– Мы ходили на мюзикл «Кентервильское привидение» в режиссуре Алексея Орлова, –  ответила за всех Елизавета Нефёдова.

– «Я в Штатах родился и вырос, // Где всё – на продажу, где чувства – на вынос», – этой песенкой американский бизнесмен Хайрам Б. Отис позиционирует сам себя. Его я и играю.  

Уже на мой вопрос «кем вы мечтаете стать» одна из слушательниц – Анастасия Ганцева ответила без тени смущения:

 – Будущим светилом Российской медицины.

 – А я – отличным стоматологом, – вторила ей Айгуль Султанова

«Здравствуй, племя младое, незнакомое!», – признаюсь, опешил! Первая мысль, пришедшая мне в голову: в юности наше поколение такой искренностью и открытостью не обладало. Хотя почему – и нет? Ещё легендарный советский лётчик-испытатель Валерий Чкалов во всеуслышание сказал: «Если быть – так быть лучшим»…

 – У нас в классе что ни ученик – то индивидуальность, – заметив моё замешательство, не без гордости сказала Ольга Валентиновна Шибакина, куратор одиннадцатого класса средней школы №8. – Вот, например,  Анна Чепурнова тоже пишет стихи. Её стихотворение стало эпиграфом к книге Владимира Автуха «Жемчужина в голубом ожерелье». В прошлом году она заняла первое место на городской олимпиаде по литературе.

 – Где можно почитать Ваши стихи? – спрашиваю Анну.

 – В Интернете, на сайте «Стихи.РУ Чепра».

 –  А какова была тема Вашей исследовательской работы?       

 – «Отражение творчества Франца Шуберта в лирике Осипа Мандельштама»…

 – Останься пеной, Афродита,

    И, слово, в музыку вернись,

    И, сердце, сердца устыдись,

    С первоосновой жизни слито! – 

в памяти всплыли строки из стихотворения «Silentium», но вслух усомнился:  

 – Допустим, это «чудо поэтической первозданности», как называла Мандельштама Анна Ахматова, можно понять, много раз его перечитывая. Но чтобы провести параллель Шуберт – Мандельштам, надо иметь хотя бы начальное музыкальное образование!

 – У меня оно есть, – и, подумав, Анна уточнила. – В прошлом году я окончила хоровое отделение детской музыкальной школы №2. Училась у Ольги Анатольевны Сомовой. Кстати, хоровое отделение ДМШ №2 на днях отметит своё двадцати пятилетие. 

Александр Викторович уже не смог сдержать своего восхищения:

– В чём секрет рождения детского интеллекта? С такой внимательной и отзывчивой аудиторией, как одиннадцатый класс вашей школы, я в этом году ещё не встречался!  

– В нашем стремлении всесторонне развить личность ребёнка в школе, – подключилась к беседе Оксана Алексеевна Белёва, заместитель директора по воспитательной работе СОШ №8. – Кроме дополнительного образования, у нас есть своя система внеурочной деятельности. Каждый ученик с первого по девятый классы посещает занятия внеурочной деятельности в форме кружка, творческой мастерской, предметной лаборатории или клуба. Они действуют в школе. Ведут занятия учителя-предметники или по соглашению – работники учреждений дополнительного образования и молодёжной политики.

  …Через несколько часов, уже дома, послушав «Баркаролу», ор. 72 и несколько песен из «Прекрасной мельничихи», открыл томик стихов Мандельштама: «Нотный виноградник Шуберта…», «В тот вечер не гудел стрельчатый лес органа, // Нам пели Шуберта – родная колыбель…», «И Шуберт на воде, и Моцарт в птичьем гаме…». Так с лёгкой руки Анны Чепурновой, «чудо, достойное восхищения» подарило мне бессонную, но изумительную ночь. Вернее, два чуда – Шуберт и Мандельштам.

 Вадим БЕДЕРМАН